Первое железнодорожное радио


Трансляции на первом
железнодорожном радио
ведут:


Масленников Михаил

Ларьков Александр

 

Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

 
Ответить в данную темуНачать новую тему
Хорёк в гадюшнике, Записки машиниста электропоезда московского метро
Alex-Ready
сообщение 16.2.2016, 12:47
Сообщение #1





Группа: Железнодорожники
Сообщений: 4
Регистрация: 15.7.2014
Город: Москва
Пользователь №: 200410



Уважаемые форумчане!
Предлагаю Вашему вниманию записки о работе машиниста московского метрополитена начала 90-х годов.
Сильно не пинайте...

Хорёк в гадюшнике


1. Что общего у мухи и начальника депо?

Это рассказ о работе машиниста московского метро.
Время действия – начало 90-х годов прошлого века.
Место действия – «Филёвская линия»…


Вопрос Армянскому Радио: «Что общего у мухи и министра?»
Ответ Армянского Радио: «И муху, и министра легко прихлопнуть одним ударом газеты…»


Самое обидное в том, что этого начальника мы выбрали сами. Насколько я знаю, выборы начальника депо в «Филях» были единственным опытом такого рода на просторах Московского метрополитена. И нужно прямо сказать – опыт этот оказался крайне неудачным.

Законно избранный, легитимный со всех сторон новоиспеченный начальник рассекал по депо с неизменным блокнотиком в руках и с улыбочкой на физиономии. Как писала о нем газетка «Московский Метрополитен», настольной книгой нового молодого начальника является книга Дейла Карнеги «Как приобретать друзей и оказывать влияние на людей»… Наверно, наш Костя, насмотревшись голливудских фильмов, нацепил на себя эту улыбочку для того, чтобы стать похожим на топ менеджера какой-нибудь крупной американской, или японской фирмы. По по-правде сказать, он не походил ни на вице-президента «Интел», ни на зам. директора «Мицубиси», а походил он на начальника электродепо «Фили» Московского Ордена Ленина и Ордена Трудового Красного Знамени метрополитена им. В.И.Ленина.

В свой блокнотик, с дежурной улыбочкой, он тщательно записывал все проблемы, волнующие коллектив. Но дальше, после записи и обещания решить ту, или иную проблему, не происходило ровным счетом НИЧЕГО! Окончательно я понял, что новый начальник – абсолютный ноль, на одном из совещаний по безопасности движения. Тогда мы подняли вопрос о «шестерках» - указателях остановки шестивагонного состава на канавах депо. «Шестерки» эти были нарисованы желтой краской прямо на полу депо у рельсов, причем, в количестве трех штук на канаву. И у какой из них останавливаться, какая из них – «правильная» – непонятно. Кроме того, все они были заляпаны грязью и «читались» с трудом, особенно в ночной полутьме.

В других, более счастливых депо указатели остановки давно висели на светильниках над канавами и при заезде оказывались на уровне бокового окна кабины, что очень удобно и совсем не напрягает. Костя сразу отмел эту идею, как слишком сложную в техническом плане. Тогда я предложил взять ведро краски, обновить «правильные» «шестерки» и закрасить ненужные. «А Вы знаете, как тяжело сейчас в депо с краской?» - ответил начальник, записывая моё предложение в блокнотик…

Другой штрих к Костиному портрету: мой помощник Лёха не стремился сдавать на права управления, с последующим карьерным ростом до машиниста – ему и так было спокойно. Однажды (я был в отпуске) к нему в кабину влез Костя и начал агитировать Лёху на учебу в техшколе. Чтобы отвязаться от прилипшего Кости, Лёха наплел что-то про загруженность семейными делами, не позволяющую ему поступать в техшколу. (Вообще-то Лёха – убежденный холостяк, и даже сейчас, на вопрос «Ты ещё не женился?» неизменно отвечает – «А что я тебе плохого сделал?!»).
«Сдавай экстерном», не отлипал от Лёхи Костя.
«Не могу, дома некогда заниматься – семья, дети…» гнул своё Лёха.
«А ты с кем скреплен?».
«С Бородой» - сдал меня Лёха.
«Вот с Бородой и занимайтесь, учите билеты!».
«Где заниматься – то?» - не понял Лёха.
«Как где. Едете по перегону – и занимайтесь. Вам ведь все равно делать нечего!» - отчеканил начальник депо…

Практически одновременно с описываемыми событиями прошло и какое-то сборище в Управлении метрополитена. Слово предоставили С.Разиной – председателю независимого профсоюза. В пылу полемики она обронила фразу: «Мы работаем на списанных вагонах!». Конечно, из контекста её выступления следовало, что говорит она в переносном смысле: старые, морально и физически устаревшие, изношенные, ненадежные вагоны. Но тогдашний начальник метрополитена Дубченко уцепился за слово «списанные» и решил «уесть» Разину. В одном из своих выступлений по «ящику» он обрушился с критикой на «безответственных болтунов» и заверил мировую общественность в том, что на московском метрополитене «нет ни одного списанного вагона»!

Конечно, за Светлану было очень обидно. Понятие «пятая колонна» в те годы ещё не стало популярным, но шельмовали нас уже по полной, и даже порой называли агентами ЦРУ…

Параллельно с описываемыми событиями активно шла замена парка подвижного состава в «Филях» - резали на металлолом вагоны Д, построенные в 1957-1963 годах (когда-нибудь я напишу оду этим вагонам), а на линию выпускали «новые» Ежики (постройки 1963-1969г.г.), уже отработавшие свой век в других депо.

Не знаю, по каким соображениям, но Костя начал «химичить» со списанием вагонов. По паспорту вагон был списан, но его оставляли в эксплуатации, переставляя номера с другого вагона. И такие «левые» вагоны вовсю работали на линии. Засечь их было проще пареной репы – при «перебивке» номера оставался след на краске кузова. Оставались старые номера и на пультах УЭСПМ (связи «Пассажир-машинист») в салонах.

Работая на маневрах, я, от нечего делать, стал записывать номера этих вагонов. Набралось штук 16 действительно списанных вагонов. И когда, наконец, у одного из этих вагонов отвалился на линии брус токоприемника (линия стояла около часа), я помчался в «Московский Комсомолец», где и поместил инфу в рубрике «Срочно в номер». Заметка начиналась словами «Когда начальник Московского метрополитена Е.Дубченко говорил москвичам о том, что в метро нет ни одного списанного вагона, он ВРАЛ! Вчера такой списанный вагон привел к тяжелому случаю…» и дальше я, не жалея красок описал, к каким последствиям МОЖЕТ привести падение бруса ТР.

На следующее утро на селекторе прозвучало:
«Начальник депо “Фили”, ты газеты – то читал?»
«Нет».
«Ну так приезжай в управление, я тебе почитаю!!!».

Нового начальника нам назначили через три дня…

Продолжение может последовать…


2. Хорошими делами прославиться нельзя

Это рассказ о работе машиниста московского метро.
Время действия – начало 90-х годов прошлого века.
Место действия – «Филёвская линия»…


Хорошими делами прославиться нельзя!
Старуха Шапокляк


… И черт меня дернул припереться на эту «тройку» к 13-00 на «Арбат» заблаговременно. Причем, конкретно заблаговременно – за полчаса до начала смены. Так уж получилось. Я не виноват: быстро подошел автобус, успешно просочился в метро, без задержек прошли две пересадки и вот я, пройдя предрейсовый медосмотр, захожу на линейный. До начала смены времени – до фига.

Вдруг на линейный вваливается Славик, машинист, которого я и должен был менять. Выясняю, что на линии – большой сбой (минут на 30), и поэтому Слава был обречен на дополнительную баранку. Я заверил его, что готов приступить к работе раньше положенного времени, оповестил дежурного инструктора и с чувством человека, делающего доброе дело, уселся за контроллер… (Назвался груздем – полезай в кузов:))

А на линии была полная попка: пассажиры на каждой станции стоят стеной, общее опоздание 30 минут, да еще интервал 6 минут – многовато даже для «Филевки» тех лет.
Кроме того начала «моргать» дверная лампа. А для завершения этой картины, на «Щелковской» под поезд Арбатско-Покровской линии попал пассажир. В эфире – гвалт: «приказ о снятии напряжения», «приказ о подаче напряжения» и т.д.
Надо сказать, что в то время у «Филевской» и «Арбатско – Покровской» линий был один общий поездной диспетчер (ДЦХ).

И вот в этой нервной обстановке подлая дверная лампа нанесла последний удар: на «Багратионовской» контроль дверей пропал окончательно. Помощник, сбегав до второго вагона, принес неутешительную весть: дверной проем открыт, его заклинило, похоже, соскочила цепь.
Придется убираться в депо, благо, что стоим на «Багратионовской», перед носом 3-й тупик.
Вызываю по рации ДЦХ – а в ответ – тишина. Иду к тоннельному телефону то-же самое. И только попытки с пятой, ДЦХ мне ответил.

Я: «Диспетчер, ответьте 65-му маршруту»;
ДЦХ: «Локомотивные бригады Филевской линии, уйдите из эфира!»
Я: «Диспетчер, 65-мр, стоим на БГ, не закрывается один дверной проем, прошу высадить пассажиров и забрать состав в депо».
ДЦХ: «Какой у Вас № поезда?»
Я: называю № поезда
ДЦХ: «Где Вы находитесь?»
Я: «БГ 1-й гл. ст. путь»
ДЦХ: «Что у Вас с составом?»
Я: «Не закрывается один дверной проем, прошу высадить пассажиров и забрать состав в депо»
ДЦХ: «Уйдите из эфира, не мешайте работать, отправляйтесь на перегон!»
Я: (опешив) «Не могу, не закрывается один дверной проем, прошу забрать состав в депо»
ДЦХ: «Вы что, не понимаете, что мешаете мне! Не мешайте работать, уйдите из эфира, отправляйтесь на перегон!»

Мы самостоятельно высадили (без помощи дежурной по станции) пассажиров и отправились резервом на перегон в сторону «Крылатского»…

На разбор случая слетелись (как мухи на говно) все желающие меня отдрючить. Ревизор по безопасности Королев Э.А. не поленился, съездил на ЦДП (Центральный диспетчерский пункт, где на магнитофон пишутся все переговоры по диспетчерской связи) и там добросовестно (или тупо – кому как нравится) застенографировал магнитофонную запись моих переговоров с диспетчером. За пунктуальность я ему премного благодарен: по крайней мере, он не «подредактировал» запись (а мог бы). В результате на стенограмме остались все выгодные для меня перлы ДЦХ.
Спасибо, Эдуард Аркадиевич, здоровья Вам и долголетия!

Все наезды на меня сводились к нарушению инструкции по пользованию радиосвязью (издание 70-х годов). Я, мол, должен был вызвать ДЦХ словами «Диспетчер, срочно». Если честно, я этой замшелой инструкции до этого случая и в глаза-то не видел, пришлось импровизировать… Я объяснял, что так вызывать ДЦХ нужно, во-первых, в случае падения человека под состав, или при пожаре в поезде, а, во-вторых, когда ДЦХ не отвечает после «обычного» вызова. В моем-же случае ДЦХ отвечал, но меня не устраивал смысл его ответов…

В итоге, «за нарушение инструкции по пользованию радиосвязью» у меня отобрали талон предупреждения и 10% премии. Когда на линейном вывесили «портянку» об этом знаменательном событии, восхищенные коллеги подходили ко мне и шепотом спрашивали - «а ты диспетчера куда послал: в …, или на…?».

В отделе кадров, куда меня пригласили расписаться за ознакомление с приказом, я сначала потребовал на руки его копию. Потом отксерил страницу пресловутой инструкции с нужным пунктом, страницы из ПТЭ, должностной инструкции, и рекомендации по выходу из случаев – те пункты, в которых говорится, что машинист обязан докладывать ДЦХ о всех неисправностях состава и действовать по его указаниям.
Там-же, в отделе кадров на весь этот ворох бумаг мне поставили штампики «выписка верна» и я засел за составление искового заявления.

В принципе, все было понятно, не ясно было только, как озаглавить иск – ведь лишение талона и премии не является дисциплинарным взысканием. Спасибо помогавшему нам юристу из «МК» Вадиму Аркадьевичу Бродскому – он придумал замечательную формулировку «Об отмене незаконной меры дисциплинарного воздействия».

А тем временем Светлана Разина (дай Бог ей здоровья), как председатель независимого профсоюза, потрясая бумагами, помчалась в РБ к Королеву с требованием выдать на руки копию стенограммы. Притихший Королев молча выдал ей эту стенограмму, и только потом спросил «а зачем она Вам понадобилась?».
«В суд будем подавать!» - гордо ответила Светлана.
«Я так и знал, я так и знал…» - запричитал огорченный Королев.

И вот, с пакетом бумаг, я направился в Доргомиловский нар.суд – по месту расположения депо. По закону тех лет ответчиком я указал не метрополитен вообще, а конкретно – электродепо «Фили», и иск подавал по месту расположения ответчика.

ИМХО, начало 90-х годов было счастливым, но коротким периодом в истории нашей многострадальной Родины, когда вектор развития страны принял более-менее правильное направление. Судьи проявляли объективность, телефонное право было на минимуме, а о «Басманном правосудии» мы ещё и не слышали вообще. Жаль, что этот период так быстро закончился (IMG:style_emoticons/default/sad.gif) .

Судья быстро разобралась в ситуации, и спросила меня: «а если бы и у Вас под составом был человек, диспетчер все равно сказал бы – не мешайте работать?». Этот явно риторический вопрос я с удовольствием переадресовал представителю ответчика – заму по эксплуатации. Смотреть на него без слез было невозможно. Его могучий организм, натренированный ежедневными физическими упражнениями по поднятию тяжестей (в основном - стаканов), не выдержал дополнительной интеллектуальной нагрузки. Лицо Сергея Всеволодовича приобрело восхитительный оттенок – примерно в такой цвет красят рукоятки крана машиниста и стоп-кранов – красно-кирпично-серо-зеленый. Я даже испугался, не хватит ли его Кондратий прямо в зале суда. И не мудрено: он считал, что он – царь и Бог, а тут какой-то машинист доказывает, что это не так. Понятно, что вся его система мирозданья с грохотом рухнула.

Решение было в мою пользу: вернуть талон и премию. Деньги (с учетом компенсации и индексации) я получил не в кассе депо, а по исполнительному листу в сбербанке – прямо со счета депо – восхитительное ощущение. А от приглашения зайти к заму по эксплуатации за талоном я нагло отказался, сказав: «пусть у Вас полежит – целей будет!»...

Продолжение может последовать…

3. Тщательно пережевывая пищу

Это рассказ о работе машиниста московского метро.
Время действия – начало 90-х годов прошлого века.
Место действия – «Филёвская линия»…


«Тщательно пережевывая пищу, ты помогаешь обществу»
И.Ильф, Е.Петров


Ту ночную смену, честно говоря, ну никак нельзя было назвать «лошадиной», «глухой» и.т.п. Прямо скажу – неплохая ночь: суббота, заступление на «Арбате», час маневров «Арбат»-«АС», потом – на состав, и «Арбайтен» до захода в депо. В общей сложности 6,0 часа. Затем 6-7 часов пребывания (типа - сон) в комнате отдыха депо (тоже далеко не самый худший вариант), и на закуску – 4,5 часа работы с ночи (по мне – так многовато, но терпимо, лучше подлиннее смена в ночь и покороче – с ночи).

Заступив на маневры на «Арбате», я первым делом (поезда приходят и уходят, а кушать хочется всегда!) на линейном поставил в холодильник банку с ужином (даже по прошествии 15 лет я прекрасно помню ее содержимое – рис с котлетами).

Спокойно «отманеврировали», спокойно «погрузились» на состав и начали спокойно наматывать баранки. На каждой баранке была заложена подмена (правильнее сказать – «подменка» 4,5 минуты – оборот по «АС»), и только последние 2 баранки – без подмен – самооборот. Законный «обед» (перерыв для принятия пищи) в смену, естественно, не заложили – посчитали, наверное, что и так жирно будет, но и этот факт нарушения КЗОТ РФ совсем не омрачал моего в целом благостного настроения…

Перед последней подменой, я понял, что пора разогреть (в печке СВЧ) банку, с тем, чтобы спокойно слопать ее на участке от «Арбата» до «Крылатского». Доставая банку из холодильника, я обратил внимание, что один бок её уж очень холодный, прямо – ледяной, очевидно, она стояла вплотную к морозилке. Я включил печку на 3 минуты и стал ждать. По окончании процесса я обнаружил, что холодный бок банки прогрелся слабо, и требуется дополнительный подогрев секунд на 30. В это время загрохотал наш состав, прибывающий с «АС». Субботний вечер – маневровые бригады выводили составы с минутой «плюса». Я попросил помощника встретить состав, отпустить маневровую бригаду и подождать меня полминуты. При этом я (как Юлий Цезарь одновременно выполняя несколько действий) запихнул банку в печку на догрев.

За всеми моими манипуляциями, недобро, по-ленински прищурясь, наблюдал машинист-инструктор (ТЧМ) Вова Думнов – бывший секретарь парторганизации депо «Фили». Поскольку никаких инструкций я не нарушил, да и не собирался нарушать, я тихо игнорировал Вовино присутствие. Однако Вова, в силу своей ненаблюдательности (злые языки сказали бы, что – врожденной тупости), решил, что я ТОЛЬКО НАЧИНАЮ ГРЕТЬ БАНКУ НА ВСЕ 3 МИНУТЫ!

Как коршун на добычу он спикировал на меня с риторическим вопросом «Чей поезд!?».
Диалог у печки:
Я: "Мой поезд, а что случилось?"
В: «Иди на состав».
Я (спокойно объясняю, включая печку): «Сейчас, догрею банку и поеду».
В (распаляясь): «Езжай немедленно!».
Я знал, конечно, что Вова – тупой, но не думал, что до такой степени: «Повторяю, счас, догрею банку и поеду».
В (отталкивая меня от печки туловищем): «Езжай!», и ВЫКЛЮЧИЛ ПЕЧКУ!!!

Дальнейшие наши телодвижения напоминали отчаянную борьбу хоккеистов за шайбу в углу площадки (на последней минуте финального матча чемпионата мира при счете 1:1) только борьба шла не за какую-то несчастную шайбу, а за самое святое для любого машиниста - ЗА ПРАВО НА БАНКУ!!!

Поскольку мы с Вовой были в заведомо разных весовых категориях, я точно выверенным движением тазобедренного сустава отпихнул Вована от печки метра на два.

В (в ярости, пытаясь дотянуться до выключателя печки): «Езжай, кому говорю!».
Я (закипая и снова включая печку): «САМ ЕЗЖАЙ!!!»…
Униженный и оскорбленный Вова заорал на резервного машиниста, который с плохо скрываемым интересом наблюдал за нашим матчем: «Иди на его состав! Делай график!».

Итак, мой поезд уехал с резервным машинистом без меня, Вова удалился в свой закуток строчить на меня гневный рапорт, а я, в спокойной обстановке на линейном, начал тщательно пережевывать пищу…

Кстати, содержимое той банки оказалось крайне невкусным…

В понедельник был разбор случая.

Талон у меня отобрали за «невыполнение распоряжения дежурного ТЧМ, что привело к нарушению графика движения на линии», премию мою, однако тронуть не посмели. Я не стал развивать дискуссию на тему «незаконных и преступных приказов». Эта тема, ИМХО, была полностью раскрыта ещё на Нюрнбергском Процессе. Я взял выписки из журналов исполненного графика движения: с «Киевской» мой паровоз уехал «минус» 40сек., (причем, все эти сорок секунд «минуса» были целиков на Вовиной совести – не было бы толкотни у печки – я бы уехал по-графику) а с «Багратионовской» мой состав ушел уже по графику. А потом я направился по проторенной дороге в Доргомиловский Народный Суд.

А Вова, наверно предчувствуя недоброе, развил на линейном дискуссию на тему: «достаточно ли 4-х с половиной минут (пока состав оборачивают по Александровскому Саду) для «удовлетворения основных физиологических потребностей» ». Надо учесть, что за эти минуты локомотивная бригада должна «прослушать» отправляющийся на АС состав, и только после его отправления, можно переходить в противоположный конец станции на другой путь и там встречать свой состав после оборота.
«И что, не успеешь, что-ли за это время банку разогреть?» - кипятился Вова на линейном.
«Успеешь, Вова, успеешь» - как могли, успокаивали машинисты нервного ТЧМ.
«И в туалет успеешь сходить!» - развивал свой успех Вова.
«По-маленькому успеешь…» - соглашались коллеги, мечтающие лишь о том, чтобы этот комок побыстрее убрался с линейного.
«Но ведь и по-большому успеешь!» - настаивал Вова.
«Конечно, успеешь! И ещё бутерброд при этом успеешь съесть!» - успокоили Вову коллеги…

В суд я подал иск о нарушении режима труда и отдыха локомотивных бригад (КЗОТ и приказ, если не ошибаюсь 8Цз), т.к. в смену не был «заложен» 30-ти минутный перерыв для отдыха и принятия пищи. Уроды из депо предоставили в суд «выписку из графика работы истца (меня то-есть)» примерно такого вида:

«Машинист такой-то имел следующие перерывы в работе
11 мин. - от заступления до начала работы (медосмотр, ознакомление с инструктажами);
1,5 мин. – «выдержка» на «Багратионовской»;
15 сек. – «выдержка» на «Арбатской»;
4,5 мин – оборот по «Арбатской»;
2,5 мин. – оборот по «Молодежной» и т.д.»

Создатели этого документа наивно полагали, что судья тупо просуммирует эти минуты и секунды, решит, что времени у меня хватило на то, чтобы обожраться до смерти, и отклонит мой иск. Но не тут-то было.

Судья (та же, что и в первом случае) встретила меня как старого знакомого.

Судья: «Я все поняла. Лишив Вас перерыва для принятия пищи, ответчик нарушил КЗОТ. Но объясните, ЗАЧЕМ Вы тогда грели банку?».
Я: «Для того, чтобы её съесть, Ваша Честь!».
С: «Но у Вас же не было перерыва в смене. Где Вы её собирались есть?»
Я: «В кабине поезда, во время движения, предупредив помощника словом «Отвлекаюсь», как и предусмотрено должностной инструкцией».
С: (после минутной паузы): «Не поняла. Есть во время управления поездом? Как это возможно???».
Я: (для надежности показывая жестами, левой рукой толкая контроллер в «Ход-3», а правой рукой – интенсивные движения ложкой): «Да, Ваша Честь. Во время управления поездом.»
С: (тихо сползая под стол): «И ЭТО разрешено инструкцией?!!!».
Я: (смущенно разводя руками): «Да, Ваша Честь. Представитель ответчика может подтвердить».

Надо сказать, что на этот суд зам. по эксплуатации уже не поехал – сказался предыдущий печальный опыт. Он послал в суд инструктора Вову (типа – сам заварил кашу, сам ее и расхлебывай). Вова, не ожидавший такого поворота событий, имел бледный вид, не мог связать двух слов (это тебе не на партсобрании пиз…ть), и только утвердительно кивнул головой. Глядя на Вована, я (как и в прошлый раз) жутко испугался, вдруг он склеит ласты прямо в зале суда – придется тогда переносить слушание дела, но ничего – обошлось.

С: «Суду все ясно, исковые требования удовлетворить в полном объеме».

Уже потом, встретив меня в депо, начальник депо А.А.Сапрыкин (неплохой, в принципе, чувак) сказал дословно следующее:
«Ты неправ. Мы могли бы, конечно, ПОДАТЬ НА ПЕРЕСУД, но решили этого не делать».
Оценив по достоинству уровень юридических знаний своего начальника, я мудро решил дискуссию не развивать…

Продолжение может последовать…

4. Укротитель автосцепки

Это рассказ о работе машиниста московского метро.
Время действия – начало 90-х годов прошлого века.
Место действия – «Арбатско – Покровская линия»…


Укротитель автосцепки

Пьеса из жизни лохов в двух действиях с прологом и эпилогом


«…И каждый пошел своею дорогой,
А поезд пошел своей…»
А.Макаревич


Пролог.
История эта случилась давно… Я бы даже сказал: давным – давно, в одной очень, очень далекой галактике…, короче – в те годы, когда в депо «Измайлово» эксплуатировались вагоны типа Д, и никому, даже в кошмарных снах, не приходила в голову идея заменить «Д-шки» на «Ёжики», отбегавшие свое на других линиях.

Действие первое.
Станция «Щелковская», наш герой (назовем его Костиком), работает на маневрах по выводу составов из тупиков.

Примечание для непосвященных: на конечных станциях, для ускорения оборота составов используют маневры. На маневрах работают два машиниста. Один (его смена называется «в тупики») садится в кабину головного вагона прибывшего на конечную станцию поезда, и, заменив основную локомотивную бригаду, заводит состав в оборотный тупик. При этом в хвостовой вагон состава на станции садится второй машинист (его смена называется «из тупиков»). В это время основная бригада переходит по платформе станции. После остановки в тупике, первый машинист приводит «свою» кабину в нерабочее положение, передает сигнал в хвостовую кабину, где второй машинист «принимает управление», и, после того, как блок-пост переведя стрелки подготовит маршрут, выводит состав на другой путь станции, где его встретит основная бригада. Затем оба маневровых машиниста выходят на платформу и ждут следующего поезда. Потом процесс повторяется…

По технологии маневров, при движении состава в тупики, машинист «из тупиков» особенно не загружен – его задача стоять в хвостовой кабине и, с умным видом, держаться за стоп-кран, до тех пор, пока ему не передадут управление.
При обороте очередного поезда, Костик заметил в салоне хвостового вагона пьяного пассажира. Бес-искуситель толкнул нашего героя на противоправные действия: Костику безумно захотелось ознакомиться с содержимым карманов спящего пассажира…

К несчастью, пассажир был пьян, но не до бесчувствия, он проснулся, верно оценил ситуацию и не раздумывая дал Костику в глаз. Завязалась короткая, но энергичная потасовка, из которой победителем вышел Костик, ведь у него было целых два преимущества:
1. он был трезв,
2. у него в руках была увесистая реверсивная рукоятка.

Нокаутированный пассажир растянулся на диване, а Костик помчался в кабину, ибо, к этому времени состав уже заехал в тупик, и Костику нужно было «принимать управление».
Спешка нужна только при ловле блох. Неисчислимое количество машинистов «погорело» при нарушении этого нехитрого правила…

Влетев кабину, Костик «принял управление», отпустил тормоза, воткнул реверсивку в контроллер, и дал «Ход-1», забыв запереть за собой дверь из кабины в салон…
В это время, пьяный пассажир немного очухался и рванулся за обидчиком в незапертую кабину. Потасовка продолжилась в кабине. В пылу драки, соперники «выкатились» из кабины в салон, а поезд, при этом медленно, на положении «Ход-1» самостоятельно двигался из тупика к станции. Перепуганный Костик одержал повторную победу, уложил пассажира на диван, и рванулся к кабине. На беду, вагон тряхнуло на стрелках, и дверь в кабину захлопнулась…

Необходимое примечание: на вагонах Д «трехгранный» замок двери в кабину немного отличался от замков на Е и на «номерных». Язычок замка не был подпружинен, и не выдвигался, а поворачивался. При этом в зависимости от степени износа замка, он поворачивался или слишком туго, или слишком легко.

На беду, Костику попался второй вариант. От удара язычок повернулся и запер дверь, отрезав Костику единственный путь к спасению… Поскольку трехгранный ключ (на реверсивной ручке) остался в кабине, Костик оказался в ловушке, причем ловушка эта самостоятельно ехала на станцию.

Никем не управляемый поезд медленно выехал из тупика и величественно проследовал мимо станции. Машинист, заводивший состав в тупики, ничего не понимая, метался в хвостовом вагоне. Сообразив, что дело плохо, он-таки сорвал стоп-кран, но, к сожалению, в это время головной вагон состава уже уехал за станцию. Хвостовой машинист разжал двери салона хвостового вагона и вышел на платформу.

Костик тоже попытался выбраться из салона головного вагона. Но слева от состава служебный мостик был затянут сеткой. Поэтому Костик разжал правые двери вагона и спустился на путь. Костик обошел головной вагон спереди и залез на головную автосцепку. Он хотел открыть торцевую дверь кабины, ведь ее обычно не запирают и используют для дополнительной вентиляции кабины.

Одновременно с этими событиями, до хвостового машиниста дошло, что пока стоп-кран в хвосте состава будет открыт, поезд никуда не уедет. Он вернулся в хвостовую кабину и закрыл стоп-кран. Поскольку в головной кабине кран машиниста был в «поездном» положении, тормозная магистраль медленно зарядилась и тормоза отпустили. А поскольку контроллер машиниста в головной кабине по-прежнему находился в положении «Ход-1», после отпуска тормозов электросхема состава собралась, и поезд пришел в движение, увозя в неведомую даль Костика, забравшегося на головную автосцепку головного вагона. Торцевая дверь (по закону подлости) оказалась запертой и Костик, распятый СНАРУЖИ кабины, поехал в неизвестность…

На его счастье, поезд шел на положении «Ход-1», скорость не поднималась выше 15 – 20 км/час. Если бы контроллер стоял в положении «Ход-3», скорее всего, Костик не смог бы удержаться на автосцепке и свалился бы под колеса.

Действие второе.
Станция «Первомайская». Интервал больше 10 минут. Поезда нет. Платформа забита пассажирами. Все ждут поезда. И, наконец, из «трубы» медленно выползает состав с Костиком на автосцепке. Эта немая сцена была достойна пера Н.В.Гоголя!
Хвостовой машинист опять (с опозданием) срывает стоп-кран, и Костик, наконец получает свободу, выехав на открытый участок «Первомайская»-«Измайловская».

Эпилог.
Я с содроганием даже боюсь представить, ЧТО сделали бы со мной, допусти я такое безобразие. Но Костик был особой, приближенной к начальству, и частенько оказывал руководству различные столярно-слесарные услуги – помогал в строительстве и ремонте начальственных дач.
Наверно в каждом депо есть такие товарищи, в характеристике которых можно написать «столяр, слесарь, сантехник, но при необходимости может работать и машинистом».
Поэтому, после этого случая, Костик, без объяснения причин, исчез из нарядов (был стерт из бытия), и вновь появился на линии только через три месяца. Объяснить это загадочное нарушение пространственно-временного континиума он и не пытался…

Продолжение может последовать…

5. Мой последний рассказ

Это мой последний рассказ о работе машиниста московского метро.
Время действия – начало 90-х годов прошлого века.
Место действия – «Филёвская линия»…

«Конец простой – хоть необычный, но досадный…»
В.Высоцкий


У читателей моих предыдущих опусов могло сложиться впечатление, что целью этих «Баек Бывшего Машиниста» является банальная самореклама автора, мол, смотрите – какой я крутой! Уверяю Вас – это не так. Крутым я себя и тогда не считал и сейчас не считаю. Все мои стычки с администрацией депо стали возможны только при поддержке независимого профсоюза, в работе которого я с удовольствием принимал активное участие.

Естественно, что я ожидал ответной реакции администрации депо и был готов к возможным репрессиям, прежде всего со стороны инструкторов. Но к чести Филёвских инструкторов, надо сказать, что серьезных «наездов» на меня не последовало – сохранялся настороженный нейтралитет. Были, правда, два дебила, пытавшиеся потрепать мне нервы, но от них удалось легко отвязаться. Остальные ТЧМ просто выполняли свою работу, оставаясь объективными. А один инструктор даже частенько подсаживался ко мне в кабину и рассказывал последние деповские сплетни, «выкладывая» мне все тайны. Что-ж, это тоже позиция и своеобразная форма поддержки.

Были, правда, и попытки «сыграть в аварийные игры». То при приёмке состава «неустановленные лица» перекроют кран авторежима, а рядом «случайно» материализуется ТЧМ Вова Думнов, то расфиксируют рычаг привода электроконтактной коробки (межвагонки) автосцепки… Причем, место фиксации рычага было густо облеплено солидолом, что и привлекло моё внимание – обычно этот узел никто не смазывает. Пришлось писать рапорт начальнику депо с обещанием сообщить в ФСБ (К-твою-мать, Г-твою-мать, Б-твою-мать) о фактах саботажа.
А Светлане Разиной, на линии как-то перекрыли дверной кран в промежуточном вагоне…

К сожалению, среди коллег-машинистов был полный разброд. Была группа ребят, которые здорово мне помогали – огромное им спасибо! Были и пассивно-сочуствующие. На стенах деповских туалетов! появились надписи в поддержку действий независимого профсоюза.
Но основная масса осталась, увы, инертной. Например, вывешиваю на линейном протокол очередного судебного заседания, или с трудом добытый приказ о режиме труда и отдыха. Через баранку маневровый спрашивает: «А чё ты там понаписал-то?».
Отечаю: «А ты почитай – интересно будет».
Маневровый: «Да мне читать-то некогда, да и неохота!»…
Блин! Я, значит, нашел время, чтобы надыбать этот приказ, нашел время и желание париться в суде, писать заявления, а ему, видите ли – некогда прочитать готовый текст!

Не было единства и при организации коллективных действий. Строго по инструкции большинство коллег работать категорически не захотели:
«Мне же на класс скоро сдавать…».
Также не получился массовый отказ от сверхурочных.
«А мне деньги нужны…».
«А у меня подстройка накроется – на рыбалку хотел поехать…».
И невдомек этим машинистам, что иногда стоит отказаться временно от каких-то «бонусов», для того, чтобы выбить из руководства более существенные преимущества.

Так и продолжалась эта вялотекущая позиционная борьба. А потом была медкомиссия, на которой у меня нашли (объективно нашли) болячку, несовместимую с поездной работой, год «легкого труда» с сохранением среднего заработка машиниста - расклейка схем в салонах, «будильщик» в комнатах отдыха – классная работка! И осмотры врачей, консультации, обследования. Прошло более 20 лет, но весь тот ужас, вся безысходность того времени вновь просыпаются во мне, «и тотчас же, словно их разбудили грубым пинком, просыпаются "злобные псы воспоминаний"»((С) А. и Б.Стругацкие) – трудно даже попадать по клавишам когда я набиваю этот текст:)))

Наконец, Степанова (главный врач поликлиники метрополитена) направила меня в 4-ю ЦКБ МПС: «Там работает моя бывшая однокурсница – светило ж/д медицины. Как она решит, так и будет» - сказала Степанова.
«Светило ж/д медицины» долго изучало мои документы, анализы, выписки, долго мяло мой многострадальный организм, и наконец, дало ДОБРО! на работу в 2 лица БЕЗ ОГРАНИЧЕНИЙ! С таким заключением я летел в поликлинику метрополитена, как на крыльях любви!

Снова летят над Парижем
Стаи фанерных листов.
Видно – к облому…


Облом был жесточайшим. Степанова, с презрительной усмешкой пробежала глазами заключение светила ж/д медицины и сказала: «А меня ЕЁ мнение не интересует. ОНА может разрешить тебе даже полет в космос, а Я тебя до поездной работы не допускаю!». Я напомнил Степановой её вчерашнее замечание «как она решит, так и будет», но Степанова, не моргнув глазом, ответила – «а я этого не говорила». Все понятно – был звоночек из депо.

И я уволился из метрополитена, вернее, метрополитен выдавил меня, как занозу из задницы...

Прошло 10 лет. Однажды, на переходе я услышал рекламу о том, что Московский монорельс приглашает на работу машинистов. О дальнейших событиях мне безумно стыдно рассказывать, но из песни слова не выкинешь.
Набравшись наглости, я заявился на ММТС к заму по эксплуатации (вернее его должность называлась старший машинист инструктор) и предложил свою кандидатуру. Разговор был благожелательным, ТЧЗэ посоветовал мне вызубрить таблицу проверки зрения перед медкомиссией, которую я должен был пройти, как вновь поступающий. Коллеги из других депо дали мне подробную характеристику врачей, с какой суммой (в рублях, или в долларах Северо-Американских Соединенных Штатов) в кармане нужно входить в тот, или иной кабинет (к счастью, эта информация мне не понадобилась). И случилось чудо – «на дурачка» я прошел комиссию, как вновь поступающий!
Прекрасно помню тот июньский вечер. Только что закончился сильнейший ливень, в лужах плавала желтая пыльца лип, а я, счастливый, шел к платформе «Гражданская» и на ходу набирал на сотовом СМСку для Разиной из одного единственного слова «Годен!».

На следующий день я повез медкарту в депо монорельса. ТЧЗэ принял меня радостно. «Я так понимаю, что Вы хотите спокойно доработать у нас до пенсии?». «Верно» - согласился я. «ОК! Полмесяца поработаете помощником машиниста, Вам восстановят права управления, и – вперед!». Я написал заявление «прошу принять меня на работу помощником машиниста ЭПС I класса», ТЧЗэ подписал «ОК – в приказ», и послал меня завизировать заявление у начальника ММТС. А я, дурак, и не знал, что начальник ММТС – Орлов, бывший ТЧЗб из «Филей» (правда, в «Филях» он работал уже после моего увольнения).

В приемной начальника меня встретила секретарша, взяла мое заявление и прошла в кабинет. Вдруг из-за закрытой двери раздался не крик – вопль в попку раненного мамонта: «Это кто такой?!». «Я!» - ответил я, заходя в кабинет.

Дальше последовал диалог, который я цитирую дословно.
О: «Мне Ваша фамилия очень знакома. Колитесь, что я могу знать о Вас плохого?»
Я: «Понятия не имею»
О: «Лучше колитесь сейчас – я все равно все узнаю, колитесь, пока я не начал звонить в депо!»
Я: «Дело Ваше»
О: «Вы – алкоголик?»
Я: «Нет»
О: «Вы – прогульщик?»
Я: «Нет»
О: «Вы обзывали метрополитен нехорошими словами?»
Я: «Ни в коем случае»
О: «У Вас были какие-нибудь суды?». Тут я решил расколоться, пока не прозвучала фамилия Разиной, которая действует на начальников, как красная тряпка на быка.
Я: «Да. У меня отобрали талон, я подал в суд, суд признал мою правоту, талон мне вернули».
О: «Это недопустимо! Если у машиниста отобрали талон, он не должен обращаться в Гаагский трибунал, не должен искать виновных среди окружающих! Он должен сделать правильные выводы и изменить свою работу так, чтобы к нему больше не было претензий. Я работал в «Филях» с людьми, которые считают, что это недопустимо! Если тебя обозвали дураком, значит ты – дурак, и нечего искать других виноватых!!!».

И вот тут я допустил ошибку, которую до сих пор не могу простить самому себе. Конечно, мне нужно было встать, высказать этому напыщенному идиоту все, что я о нем думаю и гордо удалиться. Но я ОЧЕНЬ ХОТЕЛ ВЕРНУТЬСЯ НА ЛИНИЮ!!!
И я стерпел. Я заверил его, что претензий ко мне не будет.
Он побухтел еще немного и подписал мне заявление со словами «Иди, работай!».

Я понял, что на монорельсе мне уже не работать – этот благородный олень обязательно докопается до причин моего увольнения из «Филей» и найдет мою старую медкарту. А ведь говорила мне Разина тогда, 10 лет назад: «при увольнении уничтожь свою карту». А мне тогда было все равно, и я не послушал Светлану…

Через несколько дней, я направился к ТЧЗэ. Почему, говорю, Ваш начальник разговаривал со мной таким тоном? Я что, уже работаю у Вас? Я что, успел нарушить какие-нибудь инструкции? Я что, успел нажраться до потери сознания и меня вытащили из кабины менты?
А ТЧЗэ отвечает: «Дело в том, что у Вас перерыв в поездной работе 10 лет. Вам нужно восстанавливать права управления. Сделать это можно только по ходатайству начальника депо. Он Вам такого ходатайства не даст. Так что можете работать у нас вечным помощником…»
Это был полный 3,14здец! Ясно, что если я начну «качать права», Орлов поднимет мою старую медкарту, меня пошлют на обследование и все.

Вот уже 20 лет я не работаю на линии и шансов туда вернуться нет никаких. Но все равно иногда я вижу во сне, как заступаю на «Арбате» на маневры, почему-то переходящие всегда в глухую ночь на «Молодежной»…
А нынешнее состояние моей души лучше всего описывается словами детской песенки на мотив темы из фильма «Джентельмены удачи»:

Все видели в кине:
Верблюд плевал в мене.
Но он забыл, что я ведь тоже очень гордый-
Никак не соберусь я съездить в Зоопарк
И наплевать Верблюду в морду!

Продолжения, увы, не будет…


Сообщение отредактировал Alex-Ready - 18.2.2016, 14:41
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
   
Jack Daniel's
сообщение 18.2.2016, 10:23
Сообщение #2





Группа: Железнодорожники
Сообщений: 27
Регистрация: 15.2.2016
Пользователь №: 241172



Отличное чтиво! продолжение будет?
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
   
Стивен
сообщение 18.2.2016, 11:16
Сообщение #3


Я вернусь и кто смеялся, будет плакать


Группа: Администраторы
Сообщений: 5753
Регистрация: 24.2.2011
Город: Дзержинск
Пользователь №: 65285



Очень интересно!!! (IMG:style_emoticons/default/ay.gif)
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
   
Alex-Ready
сообщение 18.2.2016, 12:06
Сообщение #4





Группа: Железнодорожники
Сообщений: 4
Регистрация: 15.7.2014
Город: Москва
Пользователь №: 200410



Спасибо за добрые слова!
Есть у меня ещё несколько почти готовых текстов на ту-же тему. "Причешу" и выложу их в первое сообщение.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
   
Alex-Ready
сообщение 18.2.2016, 15:14
Сообщение #5





Группа: Железнодорожники
Сообщений: 4
Регистрация: 15.7.2014
Город: Москва
Пользователь №: 200410



Вдогонку о "Русичах"

Встретил бывшего коллегу – машиниста с «Филей». Ессно, разговор плавно переполз на новые вагоны - «Русичи»…
На мой вопрос: «Ну и как вам «Русичи»?» был дан предельно лаконичный эмоциональный ответ: «Говно!»
Затем последовали комментарии в стиле «Рассказа подрывника» (С) М.Жванецкого:
«На мокрых рельсах машина не только «воет», а просто «встает раком»! Конечно – ведь ручного пуска – нет, байпаса – нет, и любой срыв сцепления вызывает разносное боксование / юз. Противобоксовочная защита при этом мало помогает – просто «отрубает» вагон (а в составе их всего 4) и чем тормозить – не понятно!
Тянет машина «бииип» [плохо], и если впереди идет Ёжик – то «бииип» [не] догонишь, особенно с увеличенным интервалом, когда состав впереди ушел на Деловой Центр.
Обучения машинистов практически нет – просто играешь «аварийки» на «Русиче» и вперед: ускоренный выпуск «взлет – посадка».
На «Киевской» приходится «перестаивать» - затянута высадка – посадка бабуинов (пассажиров).
В кривые вписывается «бииип» [плохо] – бросает из стороны в сторону».

Я удивился: - его же проектировали специально для открытых линий? И получил исчерпывающий ответ: «А «бииип» [кто] его знает, какой «бииип» [чудак] и для чего его проектировал!»
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
   
Alex-Ready
сообщение 18.2.2016, 15:25
Сообщение #6





Группа: Железнодорожники
Сообщений: 4
Регистрация: 15.7.2014
Город: Москва
Пользователь №: 200410



Вдогонку 2
Как открывали «Строгино»


Всем известно, что российским национальным видом спорта является стремление сдавать объекты к празднику. Причем праздники могут быть разными: очередной съезд руководящей и направляющей силы нашего общества, очередной пленум, и другие красные дни календаря.

Замечено, что степень предпраздничного ажиотажа разномастных начальников и начальничков прямо пропорциональна размерам обещанной премии за ввод в эксплуатацию того или иного объекта (в нашем случае – участка метро).

В двадцатых числах декабря 2007 года в СМИ проскочила инфа, что намеченный на 25 декабря пуск линии до «Строгино» переносится на 6 января, так как в дни новогодних каникул (при пониженном пассажиропотоке) проще выполнить «врезку» стрелок на перегоне «Кунцевская» - «Молодежная» и «переключить» участок Филевской линии на Арбатско-Покровскую. Но очевидно размер денежного вознаграждения полностью отбил у руководства подземки инстинкт самосохранения и в тот-же день Гаев, как «добрый католик» опроверг гнусные инсинуации и пообещал москвичам подарочек к 25 декабря - католическому Рождеству.

Первым поездом, как и полагается, на новый участок отправили состав с вагоном-путеизмерителем из депо «Планерное». Желание выслужиться перевесило здравый смысл, и важную операцию оценки состояния построенного пути превратили в торжественное мероприятие.

На «морду» головного вагона повесили плакат, наспех изготовленный из простыни, взятой в комнате отдыха, на которой намалевали что-то типа «принимай, Родина, наш трудовой подарок», в головной вагон погрузились «шишки» из правительства Москвы, департамента транспорта и из управления метрополитена. К сожалению, первых лиц не было – были только замы.

И вот, эта веселая компания оправилась на перегон. А перегон длинный – больше 6 км. По закону подлости в середине перегона произошло непредвиденное – кронштейн подвески контактного рельса оказался не в габарите (ничего удивительного, ведь участок открывали в страшном цейтноте) и закоротил токоприемники головного вагона.

Такая ситуация знакома каждому машинисту – «вспышка слева…». Но никто-же не знал, что энергоснабжение нового перегона было выполнено по «временной схеме» - контактный рельс был подключен к шине подстанции напрямую, минуя автоматы защиты! И началось! Под головным вагоном – устойчивогорящая электрическая дуга, огонь, дым, искры, брызги расплавленного металла…

«Шишки», ехавшие в головном вагоне, мягко говоря, испугались – открыли торцевую дверь вагона (ведь под боковой дверью кабины машиниста бушевал рождественский фейерверк), сорвали ненужный теперь плакат о трудовом подарке, спустились по автосцепке на путь и рванули в сторону «Строгино». Причем свод тоннеля уже начал наполняться дымом, поэтому «эвакуировались» «шишки» прикрывая органы дыхания платками и низко пригибаясь, попросту говоря – раком. В этой интересной позе им предстояло пройти по шпалам более двух километров. И только когда дозвонились на подстанцию и обесточили ее со стороны «Мосэнерго» горение прекратилось.

Надо сказать, что сам я не был свидетелем описываемых событий, и не могу быть на 100% уверен в точности описания, но! Я видел пострадавший вагон и его состояние подтверждает описанные выше события:

Все токоприемники с вагона были сняты. Кондуиты (дюралевые трубы, в которых проложены провода) как будто срезаны автогеном, причем сами провода не оплавились, а просто механически оборваны, это говорит о том, ток протекал не по проводам, а по заземленным узлам вагона то-есть, причина повреждений была снаружи, а не в схеме вагона. Поводок на первой тележке аккуратно оплавлен, изоляция на кабелях тягового двигателя просто сгорела, хотя сами медные жилы не оплавились.

Но больше всего меня поразило состояние кондуита с низковольтными проводами, идущего вдоль левого борта вагона (под дверными проемами). Что будет с сосиской, если ее варить минут 30-40? Правильно, она лопнет! Вот так же лопнул (на длине в полметра) этот кондуит!

А «Строгино» открыли только в январе к православному Рождеству. Причем ни Гаев, ни Лужков на открытии не нарисовались – стрёмно, наверное! А в управлении метрополитена распустили слух, что Гаев сломал ногу и якобы, поэтому на публике не показывается…

З.Ы. А пострадавший вагон №5824 втихаря восстановили в депо «Планерное», негласно привлекая к работе бригаду со ЗРЭПСа, – ведь случай этот хранится в тайне, и нет законных оснований для отправки вагона на ЗРЭПС. Примерный объем выполненных работ: замена 4-х тяговых двигателей, 2-х рам тележек, 4-х колесных пар (электроожоги), кондуитов, перетяжка проводов.
Перейти в начало страницы
 
+Цитировать сообщение
   

Ответить в данную темуНачать новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)
Пользователей: 0

 



RSS Текстовая версия Сейчас: 6.12.2019, 11:53

Яндекс цитирования Рейтинг Сайтов YandeG

Раскрутка сайта Рейтинг сайтов Работа / Карьера